/* Google analytics */

Thursday, April 10, 2014

Рассказ о пешем путешествии по России и Сибирской Татарии к границам Китая, замерзшему морю и Камчатке. Джон Кокрен

Продолжая разговор, начатый на днях по поводу «Русских мореплавателей» Лялиной. Разговор получился очень длинный, поэтому я, пожалуй, разделю это статью на две части. Сегодня будет часть первая.

Итак, мы остановились на следующем:

Любопытный момент в путешествии Фердинанда фон Врангеля. Они зимуют в Нижне-Колымске и вдруг, уже зимой, в эту дыру на краю света приезжает англичанин: «...Врангель и его товарищи очень обрадовались, когда в декабре неожиданно прибыл английский пешеход Кокрен, которого привело в эти страны ненасытное любопытство». Чуть позже имя этого первого, наверное, туриста, добравшегося в такую даль, встречается еще раз:

«4 марта лейтенант Матюшкин выехал из Н.-Колымска на двух нартах. Сопровождали его казак-якут, знавший чукотский язык, и англичанин Кокрен. Последний расчитывал отправиться с возвращающимися из Островного чукчами на чукотский мыс, а оттуда в Америку».

Нет, вы представляете? Идет первая четверть девятнадцатого века. Пушкин в Одессе. Наполеон только что умер. Декабристы пока еще только закрывают Союз благоденствия и создают Северное и Южное общества. Александр I начинает закручивать гайки, создается тайная полиция. В Греции начинается восстание Ипсиланти. Неаполь и Сицилия заняты австрийцами. В Южной Америке блистает Боливар. А английский капитан, этакий классический невозмутимый тип с трубкой в зубах, кузен Филеаса Фогга, идет спортивным упругим шагом по Сибири и Чукотке, по местам, по которым и сейчас даже на автомобиле не проедешь. Шел-шел, дошел до конца света, там женился на камчадальской девушке и они вместе отправились домой, в Англию. Просто в голове не умещается. Между прочим, он иногда проходил за один раз 175-180 километров. Я не говорю «за один день», потому что в данном случае он шел 32 часа подряд: «последние тридцать два часа засвидетельствовали мой пешеходный подвиг — дистанцию в 168 верст или 96 миль — впрочем, я уже делал это в Португалии».

Вот что я смог найти о нем в русских источниках:

Джон Дундас Кокрен, офицер флота ее величества королевы Великобритании, рассорился с отцом, порвал с морской службой. Блудный сын и перекати-поле, он наудачу шел пешком из Петербурга по Сибири и Дальнему Востоку. Летом 1821 г. Кокрен очутился в Барнауле, где ему посчастливилось-таки встретить генерал-губернатора Сибири М. М. Сперанского, по чьей протекции он влился в состав экспедиции, шедшей к мысу Дежнева, в перипетиях своего маршрута он женился на сибирячке и вернулся в Англию, где издал книгу о своих скитаниях (1824 г.). Книга Кокрена, попав в Россию, оказалась как нельзя кстати в разгар эпохи романтизма, главный герой которой остро не принимает действительность и бежит от нее, отправляясь путешествовать по миру, подобно байроновскому Чайльд-Гарольду. Последнее, видимо, больше всего и интриговало: оба, и Байрон, и Кокрен, были родом с берегов Туманного Альбиона. Личность этого Кокрена, которого министр внутренних дел В. П. Кочубей метко прозвал «почетным бродягою», не случайно долго занимала русское общество, в частности пушкинский круг: обсуждали изданную им книгу, способ его путешествий, характер и качество сделанных им наблюдений.

В. В. Ведерников. Повседневная жизнь алтайской горной корпорации в воспоминаниях английских путешественников Дж. Кокрена , Ч. Котрэла и Л. Аткинсон

Ведерников явно преувеличивает роль случая и душевных метаний в путешествии Кокрена. Видимо, для пущей романтичности :)

Кохрэн (John Dundas Cochrane) - капитан английского флота, предпринял в 1820 г. "пешеходное" путешествие через Сибирь, которую прошел до Камчатки и обратно, впрочем большую частью не пешком, а пользуясь всеми средствами передвижения - в экипажах, верхом, на оленях, собаках и лодках, которые ему любезно предоставляли бесплатно.

Из Екатеринбурга он направился в Тобольск и через Тюкалинск и Омск в Семипалатинск, Усть-Каменогорск и до китайской границы на р. Иртыше; на обратном пути свернул от Убинской по тракту в Змеиногорск, посетил Колывань и Барнаул и через Томск и Красноярск прибыл в Иркутск, сплыл по Лене в Якутск, затем по Верхоянскому тракту в Средне- и Нижне-Колымск и на р. Анюй, обратно через Верхне-Колымск и Оймекон в Охотск, откуда переправился на Камчатку в Петропавловск; затем проехал по западному берегу полуострова через Большерецк в Тигиль, перевалил через горы в Еловку и Нижне-Камчатск и по р. Камчатке вернулся в Петропавловск; пробыв почти год на Камчатке, он переехал в Охотск, по тракту в Якутск и вверх по Лене в Иркутск, совершил поездку в Забайкалье, в Селенгинск, Нерчинск и Цурухайту на китайской границе, на обратном пути посетил Гуркинский горячий источник и Кяхту, а затем из Иркутска по тракту через Томск, Каинск, Омск, Ишим и Тобольск выехал за Урал.

Двухтомное описание этого путешествия содержит много наблюдений над бытом и нравами населения Сибири, рассказов о встречах и приключениях, но географические сведения очень отрывочны, рельеф охарактеризован слишком бегло и мало определенно, а геологические данные попадаются в виде исключения на очень немногих страницах.

В.А. Обручев, История геологического исследования Сибири. Период второй (1801-1850 годы)

На всех не угодишь. Кому что, а Владимиру Афанасьевичу не хватило геологических наблюдений :)

В начале 20-х годов в России заставил о себе говорить англичанин-путешественник не совсем обычного типа. Это был Джон Кокрен, совершивший "пешеходное" странствие из Петербурга на Камчатку через Сибирь, женившийся на сибирячке и по возвращении в Англию опубликовавший занимательную книгу о своих скитаниях (1824). Личность этого Кокрена, которого В. П. Кочубей метко прозвал "почетным бродягою", долго занимала русское общество, в частности пушкинский круг: обсуждали изданную им книгу, способ его путешествий, характер и качество сделанных им наблюдений {15}.

{15} Джон Кохрен (John Dundas Cochrane, 1780--1825) путешествовал по азиатской и европейской частям России в 1820--1823 гг.; прожил одиннадцать месяцев на Камчатке и здесь в 1822 г. женился. По возвращении в Англию он издал описание своих странствований: "Narrative of a pedestrian journey through Russia and Siberian Tartary, from the frontiers of China to the Frozen Sea and Kamtschatka..." London, 1824. Vols I--И. Ряд последующих изданий этой книги -- в Филадельфии (1824) и Эдинбурге (1824), а также ее переводов на немецкий (Веймар, 1825; Йена, 1825; Вена, 1826), голландский и шведский языки перечислен в каталоге "россики" ГПБ (т. 1, S. Petersbourg, 1873, No 813--823). После выпуска в свет книги о России Кокрен отправился в Америку, где и умер. Этот своеобразный путешественник-"пешеход" долго вызывал интерес и удивление русского общества. в. П. Кочубей подозревал его в шпионстве, что и высказал в одном из писем к М. М. Сперанскому ("В память гр. М. М. Сперанского", СПб., 1872, с. 506), а последний в письме к дочери из Барнаула давал ему следующую характеристику: "Здесь в Барнауле встретил я чудака Кохрана. Острота, бродяжничество, упрямство и вместе безрассудное легкомыслие и несвязность предприятий. Он кончит сумасшествием и, по моему мнению, есть уже и теперь помешан. Совсем неправда, чтоб он путешествовал пешком. Он благополучно нанимает лошадей и едет довольно покойно. Здесь купил даже и повозку; доселе он их переменял; вся особенность состоит только в том, что он один, без слуги, и отпустил себе маленькую рыженькую бородку. Добрый путь! Одна черта в его путешествии. Он был ограблен между Петербургом и Тосною и прошел половину Сибири, не потеряв ни одного волоса и хвалясь везде ласкою и гостеприимством. Я уверен, что пройдет и другую половину столь же покойно и безопасно" ("Письма Сперанского из Сибири к его дочери Елизавете Михайловне". М., 1869, с. 191--192). В книге "Исторические сведения о деятельности графа М. М. Сперанского в Сибири с 1819 по 1822 год. Собраны В. Вагиным" (т. II. СПб., 1872) приводится много данных о Кокрене из бумаг Сперанского. Здесь находится, например, записка "О путешественнике Кокрене", составленная по донесениям, полученным сибирским ген.-губернатором из Якутска. Кокрен назван здесь "английской службы флота капитаном" и о нем рассказывается, что он в 1820 г. имел "намерение пройти чрез Чукотскую землю" (с. 579--580; 610--611). Здесь же напечатано в английском подлиннике несколько писем Кокрена (1820--1821) к Сперанскому из Якутска, Нижней Колымы и Охотска (с. 601--610).

П. А. Вяземский писал А. И. Тургеневу из Москвы (31 мая 1823 г.): "Сейчас нахожу на столе своем карточку Cochren, славного пешехода, который здесь и, как сказывают, с камчадалкою своею" ("Остафьевский архив", 1899, т. II, с. 327). Много лет спустя, в начале 1830-х годов, посетив Павловск и перелистывая книгу для записи имен посетителей, М. Д. Бутурлин увидел английскую фразу с подписью: "Ксения Кокрен". В своих "Записках" он так вспоминал об этом: "В 1824 году или немного ранее некий эксцентричный и совершенно слепой англичанин Кокрен предпринял пешком путешествие по Сибири, что дало повод в Петербурге считать его шпионом. Он вывез оттуда с собою малолетнюю дочь какого-то дьячка и, возвратись в Англию, поместил ее в одно из тамошних учебных заведений, а по ее совершеннолетии женился на ней и укрепил за ней свое состояние. О дальнейшей ее судьбе не имею сведений, но подпись ее руки в Павловском павильоне свидетельствует о ее посещении России по замужестве" ("Русский архив", 1897, No 7, с. 351). О Кокрене и его жене можно встретить упоминания во многих документах эпохи, например, в "Полном собрании стихотворений" гр. Хвостова (т. II, 1829, с. 219). Заметка о "Narrative of a pedestrian journey..." Кокрена помещена в "Московском телеграфе" (1825, ч. 1, No 1, с. 95); хотя она напечатана без подписи, но, несомненно, принадлежит Н. А. Полевому. В том же и следующем номерах журнала (ч. 1, No 1, с. 53--63; No 2, с. 119--125) напечатано два отрывка из "Описания путешествия пешком через Россию... капитана Кохрена" "Путешествие английского флота капитана Кохрена, пешком, из Петербурга в Камчатку"), с пространными подстрочными примечаниями, вскрывающими обильные ошибки и неточности путешественника, за подписью: "издатель М. Т."). Ср.: В. Г. Березина. Н. А. Полевой в "Московском телеграфе".-- "Уч. зап. ЛГУ", 1954, в. 20, с. 97.

Недавно Кокрена вспомнил современный эстонский писатель и путешественник по Северной Азии Леннарт Мери в своей книге "Мост в белое безмолвие". Рассказывая о своих странствованиях по Арктике, Мери несколько раз вспоминает "Narrative..." Кокрена, цитируя эту книгу и пересказывая из нее целые страницы. Уже в начале своего повествования Мери представляет Кокрена своему читателю (в русском переводе он всегда пишется Кокрен и однажды даже Джон Дунден Кокрен) и приводит запись из дневника (1820) этого странного путешественника, который "шел на Чукотку пешком через Дерпт" и открыл свой дневник, "присев отдохнуть у колодца за Нарвой"; тут же рассказана примечательная встреча с Кокреном дерптских студентов у загородной таверны, во время которой они не сразу дознались, что английский пешеход совершает путешествие из Сарагосы... на Чукотку; далее описаны встречи Кокрена на далеком северо-востоке Азии с русскими путешественниками-мореплавателями -- Врангелем и другом Пушкина Ф. Матюшкиным. См.: Леннарт Мери. Мост в белое безмолвие. Пер. с эст. Веры Рубер. М., "Сов. писатель", 1978. с. 14, 109--112, 195).

М. П. Алексеев. Русско-английские литературные связи. (XVII век -- первая половина XIX века)

Английская Википедия добавляет еще следующую информацию. Капитан королевского флота Джон Дандас Кокрен (14 февраля 1793-1825) — шотландский морской офицер, путешественник и исследователь (в дате рождения Википедия расходится с другими источниками, в которых указывают то 1780, то 1786 год). Незаконный сын шотландского авантюриста Эндрю Кокрена-Джонстона, Джон Дандас Кокрен родился в большой и склонной к авантюрам семье — он был кузеном адмирала Томаса Кокрена, десятого лорда Дандоналда и племянником адмирала сэра Александр Форрестера Инглиса Кокрена. Джон Дандас Кокрен пересек пешком Францию, Испанию, Португалию, Германию, Россию и Азию вплоть до Камчатки, откуда и происходит его прозвище "путешественник-пешеход". После возвращения в Англию в 1820 году Кокрен описал свои путешествия в «Рассказе о пешем путешествии по Росии и Сибирской Татарии к границам Китая, замерзшему морю и Камчатке» в двух томах (Лондон, 1824). В 1822 году Кокрен женился на Ксении Ивановне Логиновой, приемной дочери адмирала Петра Ивановича Рикорда, русского губернатора Камчатки. Овдовев, она вышла замуж за Петра Федоровича Анжу, арктического исследователя и русского адмирала. Джон Дандас Кокрен умер в 1825 году в городе Валенсия в Колумбии, путешествуя по Южной Америке пешком по делам семейного бизнеса.

В той же Википедии есть ссылки на электронное издание дневников Кокрена, подготовленное университетом Торонто (том1, том2). Я их тут же скачал и взялся читать. Скажу сразу, я в восторге. Не столько от книги, пожалуй, сколько от автора. Я назвал его кузеном Филеаса Фогга, но это не совсем верно. Фогга совершенно не интересовала местность, по которой он путешествовал, ему было лишь нужно вовремя вернуться, а Кокрен едет именно из любознательности. При этом он проявляет удивительное для девятнадцатого века понимание того, что при внешней разности культур их могут объединять общие ценности. В России он иной раз попадал в сложные ситуации, но всегда сохранял доброжелательное отношение и интерес к людям. Недалеко от Петербурга его ограбили и оставили в лесу местные разбойники, но это лишь послужило для него поводом отметить участливость местных властей, которые возместили ему все потери и нашли преступников. Он лишь прокомментировал:

"Иди", сказал я, "к самым неграмотным и жестоким племенам, иди и будь их товарищем, иди и наблюдай человеческие существа во всех стихиях и странах, цивилизованных и диких, принадлежащих любым племенам, нациям и религиям. Учти простоту их нравов, но не пытайся посоревноваться с ними в грубости и невежественности, с которыми столкнет тебя твое путешествие. Презри те случайные обстоятельства, которые так часто отвлекают человечество от его добрых намерений и лишают мир полезных и интересных знаний. Помни, что для истинного изучения человечества нужно изучать человека."

В Великобритании книгу Кокрена встретили со скептицизмом, усомнившись в точности его описания. Одним из заметных критиков, кстати, был известный химик, лорд Хэмфри Дэви, научный руководитель Фарадея. Правда, в двадцатые годы у Дэви что-то случилось с головой, он тогда умудрился поссориться с Фарадеем. Только этим я могу объяснить его придирки к книге Кокрена, потому что она просто замечательна.

Продолжение тут...

No comments:

Post a Comment