Исследование, посвященное Гитлерюгенду — его назначению, внутренней организации, методам работы с детьми и т.д. Я ожидал немного другого, потому что эти темы и так прекрасно известны по другим политическим детским организациям, от скаутов до пионеров. Мне-то хотелось больше личных воспоминаний, особенно от нонконформистски настроенных детей, а не просто: «Ходили в походы, пели у костра». Кстати, автор считает, что такие ностальгические воспоминания о детстве в Гитлерюгенд — попытка уклониться от ответственности:
Изображение отрывочных безобидных переживаний есть не что иное, как попытка ухода от ответственности за происходившее, объяснение свой собственной немощи. Действительно, что «плохого» можно найти в этих спортивных упражнениях с обручами на зеленой лужайке? Плохой была большая цель, которая скрывалась за попытками нацистского режима, — «притянуть к себе сердца молодежи», как того требовал Геббельс.
Не стоит, наверное, требовать от детей такого глубокого понимания. С другой стороны, бесспорно, что кое в чем Гитлерюгенд отличался от всех других политических детских организаций, и эти детали в книге особенно интересны, хотя и скудны. Мне кажется, что даже дети должны были бы как-то реагировать на попытки вбить им в головы привычку к безусловному повиновению:
Роберт Лей, выступая в Зонтхофене на празднике по случаю завершения учебы, заявил: «Мы хотим знать, несут ли эти мужчины в себе желание руководить, господствовать. НСДАП и её вожди должны хотеть господствовать. Мы хотим господствовать. Мы получаем радость от чувства господства не потому, что мы деспоты или посвятили себя служению тирании, а потому, что мы непоколебимо верим в истину: во всех делах только один может управлять и нести ответственность. Именно ему принадлежит власть.
Не говоря уж о таких специфически гитлерюгендовских методах воспитания:
Образовательный уровень детей падал с ужасающей быстротой. «Нас превращали в варваров, — вспоминает Йост Херманд о шокирующих формах воспитания со стороны вожатых. — Нас не только муштровали и тренировали во время военно-спортивных мероприятий. Нас обучали убивать животных, отрывать головы курам и голубям, забивать кроликов. Это делалось для того, чтобы мы закалились.» Йост Германд также свидетельствует о насилии, издевательствах и унижениях, бытовавших в среде подростков и о том, что лагерное руководство никоим образом не препятствовало этим безобразиям.
А уж личный вклад в государственную политику и подавно должен был раскрыть глаза всем:
Новое поручение касалось участия «детей Гитлера» в осуществлении преступной национал-социалистической расовой политики. Функционеры и активисты Гитлерюгенда принимали участие почти во всех жестоких акциях, проводимых гауляйтерами и войсками СС в захваченных восточных областях. Они тоже принимали решения о высылке людей или заселении, об их дальнейшей судьбе — оставить их в живых или уничтожить.
И вот тут начинается самое для меня интересное:
